Недавно поняла, почему на самом деле младенцам поют колыбельные. Потому что, как только ребенок подрастает, чтобы научиться  как следует говорить и хотя бы кое-как понимать свои чувства, он запрещает родителям петь.
 Чтобы поднять Васю в салик, Йоргос начинает петь...

- Вася, кого ты любишь больше всех на свете? - спрашивает мама с тайной надеждой.
- Игрушки! - отвечает Вася.

День рождения - 5!!!

- Мама, а почему нет морской собаки? – спрашивает Вася.
- Чтоо?
- Ну вот есть морская корова, морской лев, конек, котик.. А морская собака есть?
Или. Никак не засыпает. Я подхожу в десятый раз:
- Вася! Спи уже!
Вася надменно заламывает бровь:
- Мама, ты что – не видишь? Я сплю. Я сплю, как акула! С открытыми глазами.
Завязался характер, очевидно - сильный, но непростой. Обыватели бы назвали его упрямым. Но на специальном щадящем материнском языке, состоящем на 80 % (прям как человек из воды) из эвфемизмов, такой характер зовется незаурядным.
Вася все делает наоборот. Буквально. Попросишь его:
- Скажи: один, два, три...
Отвечает:
- Три, два, один.
Учитель музыки говорит:
- Вася, сыграй «до».
Вася играет «си». Нарочно. Отважно. Много раз. Игнорируя и кнут, и пряник, то бишь: ласки, уговоры, возможные лишения и репрессии. Типа фирменный стиль. На сопротивление. На разрыв аорты. Но пасаран! Иду на вы!
Уроки – ладно. Бог с ними, с уроками. Но вот когда пора одеваться утром в садик, вот это я вам скажу, настоящий челлендж. Нервы у одевающего должны быть, как канаты. Вообще по-хорошему утренних детей должны одевать не мамы, а пилоты истребителей или, на худой конец, резиденты нелегальной разведки. То есть, люди хладнокровные, физически подготовленные и с молниеносной реакцией.

Однажды решила – все! Хватит. Или я не умею убеждать? Не умею говорить с собственным ребенком? Сидела с ним час. Вещала, что надо заниматься, делать, что говорит учитель, слушаться маму. Так сочно и наглядно живописала плоды просвещения и послушания, что Лев Толстой и Жан Батист Грез нервно переглянулись и закурили в сторонке.
Даже сама расчувствовалась и пожалела, что в детстве не была послушной девочкой. Вася помолчал. Потом вздохнул и говорит:
- Хорошо. Но только ... Только все равно я сначала сделаю наборот, а потом уже, как ты хочешь.
- Боже мой, Вася. - сказала я. – Ну почему, почему ты такой?
На что Вася ответил совершенно серьезно:
- Потому что я такой родился!
Сегодня вот уже 5 лет как. Я счастлива.

Танцует под Гольдберг-вариации.

- Вася, почему ты не спишь?
- Я же тебе сказал. Я сплю, как акула - с открытыми глазами.

- Мама, есть морской конек, морская корова, морской лев, морской котик... Но почему нет морской собаки??

Мама соседской девочки Катерины рассказала мне, что Катерина  плачет, потому что Вася не хочет с ней играть. Я сказала Васе:

-  Сынок.  Ну иди, поиграй с Катериной!

-  Нет!

-  Но почему?

 - Потому что она постоянно плачет!

 Наконец-то приоткрылась завеса над тем, что голливудские адвокаты туманно называют «неразрешимые противоречия».

-        -  Вася, ты куда?

-       -   Я в туалет. Туалет любви!

-         - Что?

-         -  В туалет любви!

-         - Но почему любви?

-          - А ты разве меня не любишь?

-          - Люблю.

-         -  Ну вот.

Каждое утро обходит большую комнату дозором. Катает оленей. Вклюечает поющего Деда мороза we wish you a merry Christmas, проверяет, не появились ли подарки под елочкой. Громко поет "хо-хо-хо". Ждем Рождество.

- Кола-кола-кола.
- Мама! Убей Машу!
 Научился плавать.

Вася смотрит на мои старые босоножки
- Папа! Купи ей новые!
- Зачем?
- Потому что у нее там  торчат два пальца. Некрасиво.
- Уверяю тебя, сынок, у нее там пять пальцев!


У нас с Васей размолвка, он бежит искать утешения у папы.
- Папа, я тебя люблю! - кричит.
 - А меня - не любишь? - спрашиваю.
- Сейчас нет. Потом полюблю.
- Ну, я подожду, - говорю. - Подожду, сколько надо.
- Хорошо, - соглашается Вася. - Но тебе придется долго ждать!